В минздраве Самарской области прошло заседание общественного совета по защите прав пациентов

Первый замминистра Сергей Вдовенко и руководитель областного управления Росздравнадзора Анна Гомжина обсуждали, как сделать медицинскую помощь «пациентоориентированной». Формулировки правильные, но пациенту, который прямо сейчас столкнулся с отказом в помощи или навязанной платной услугой, нужны не лозунги, а работающие рычаги.

Зона общей ответственности — и общей безответственности

Вдовенко не без пафоса заявил: «Безопасность пациента начинается с диалога. Когда пациент задаёт вопросы, когда он информирован о своём лечении, когда его голос услышан — риски снижаются. Именно для этого мы работаем в формате открытого Совета». Гомжина подхватила: «Безопасность пациента — это зона общей ответственности. Когда организационные решения министерства и надзорные функции Росздравнадзора работают в одной связке, система становится по-настоящему пациентоориентированной и безопасной». За этими формулировками — привычная бюрократическая мантра: виноваты все, значит — никто.

Суть заседания, если отбросить риторику: чиновники минздрава и надзорного ведомства собираются координировать действия. Звучит логично, но пациент не увидит результата, пока не поймёт, куда жаловаться и какие нормы закона применить. Именно поэтому замминистра Светлана Шишкова напомнила о вещах, которые и так закреплены в законе об ОМС: пациент имеет право выбрать страховую медицинскую организацию и учреждение, оказывающее первичную и специализированную помощь, из числа участников территориальной программы госгарантий. Это не новшество с заседания — это базовый инструмент, о котором большинство пациентов просто не знает.

Что обещают и что реально работает

На заседании анонсировали создание рабочих групп по помощи ветеранам СВО и взаимодействие с общественным советом при Росздравнадзоре. Решение о «постоянном характере» деятельности Совета и развитии «пациентских школ» — тоже из этого набора. Всё это хорошо ложится в отчёт, но в правовой плоскости пациенту важнее не «школы», а конкретные действия.

Первое: фиксируйте всё письменно. Каждое обращение в клинику — с входящим номером. Если вам отказывают в услуге по ОМС — требуйте письменный отказ с указанием причины и нормативного основания. Это ваш досудебный материал и доказательная база для страховой компании и Росздравнадзора.

Второе: меняйте страховую и клинику без скандала. Закон даёт право на выбор, и его надо использовать. Если клиника систематически навязывает платные услуги при действующем полисе ОМС или врач отказывает в направлении к профильному специалисту — у вас в руках не просьба, а требование, подкреплённое законом об обязательном медицинском страховании.

Третье: не забывайте о финансовой подушке. Непредвиденные расходы на лечение — одна из частых причин, по которой семьи берут кредиты. Если вы хотите заранее подстелить соломку на случай тяжёлого диагноза, имеет смысл параллельно с защитой медицинских прав выстраивать и дивидендный портфель с реинвестированием и ИИС — чтобы платёжеспособность не подвела в тот момент, когда медицина подведёт.

Что отслеживать

Совет заседал — теперь смотрим, что из этого выйдет в практику. Главный индикатор: появятся ли публичные отчёты о работе «пациентских школ», реальные изменения в порядке маршрутизации пациентов и статистика рассмотрения жалоб с конкретными решениями. Пока вместо этого — дежурные формулировки про «открытость» и «диалог». Запомните их: именно по этим формулировкам через полгода удобно проверить советников Совета — сбылось или нет.